Черт-змей и запроданы дети  

Главная - Черт-змей и запроданы дети  


Черт-змей и запроданы дети


есь в то царстве, в которому государстви был жил себе старый мужчина и женщина. И зроду в них не было детей.


Поехал мужчина на базар, вот как бы и у нас в Корсуне, поторговал он, что ему было надо, купил себе рыбу соленую да и поехал из базара домой. Едет себе да и захотел он пить очень. Аж стоит на горе колодец. Припал он к ней, а черт видти хвать за бороду и не пускает.


- Пусти,- говорит чоловик.


- Нет, не пущу,- одвичае бис.


- Чом же ты не пустишь?


- Подари,- говорит черт,- мне то, что у тебя дома есть наидороже, тогда пущу.


Мужчина и говорит:


- Что же у меня есть наидороже? ЕСТЬ у меня дома кони - возьми их.


- Нет,- говорит черт и держит за бороду.


- е в меня волы дома,- говорит мужчина.- Возьми их себе.


- Нет,- говорит чорт.


Пересказал мужчина все, что у него было наилучшего, а черт все говорит «ни» и за бороду держит. Видит мужчина, что черт ничего не берет да и говорит:


- е в меня женщина старая, то возьми ее и только пусти.


- Нет,- видповида чорт.


Думался-думал мужчина: если уже и женщину не берет, которую я зоставив на останок, а она же у меня наиболее дорогая за все, то что же ему надо? Ничего делает:


- Бэры,- говорит,- то, что сам знаеш.


Расписался, что оддасть непреминно, тогда черт и пустил его. Сел себе мужчина да и поихав.


А пока его не было дома, родилось у женщины двийко детей, и растут они не по дням и не по временам, а по минутах. Уже такие бигунци красивые. Только угледила мужчины женщина, обрадовавшаяся ему очень и выбежала насупроти его с детьми. Мужчина как увидел детей, да и имело не упал в обморок. Вот он и рассказывает ей свое приключение.


- Женщина моя дорогая. Ехал я из ярмарки и захотел очень пить. Вот наклонился я к колодцу, а черт из нее хап меня за бороду да и не пускает. Я и просился и молился, а он не пускает. Дай мне, говорит, что у тебя есть дома наиболее дорогого, тогда пущу. Я ему и волы давал, и кони, а он не берет. ЕСТЬ у меня женщина дорогая, говорю, бэры ее и только пусти. А он не берет. Я и не подумал, что в нас есть детки. Где же мы теперь их запрячем, чтобы не отдать ему?


- А что же,- говорит женщина,- надо как-то запрятать. Выкопаем мы яму под домом, под боковой стеной, да и спрячем.


Выкопали они яму под боковой стеной, поставили воды и есть всего и их туда повпускали. Сверху взяли накрыли и замазали, а самые выехали из дома.


Вот прилетает к дому змей. А черт тот у змея превратился. Прилетел, шатнулся по дому - нет никого. Он тогда прежде всего к кочерге:


- Кочерга, кочерга, где хозяин детей девал?


Кочерга ему и одговорюе:


- У меня хозяин добрый мужчина был: мной огонь загребет, то я себе и стою.


Не допросившись у кочерги, он к помелу:


- Помело, помело, где хозяин детей девал?


А помело сказало:


- У меня хозяин добрый мужчина был: выметет мной печь, то я себе и стою.


и помела не допросился. Он тогда к топору:


- Топор, топор, где хозяин детей девал? Топор говорит:


- У меня хозяин добрый мужчина был, мной дров наруба, положит меня, то я себе и покоюсь.


Он к долоту:


- Долото, долото, где хозяин дети девал?


А долото говорит:


- У меня хозяин добрый мужчина был: мной дырку продовба и положит меня, то я себе и лежу.


А змей ему говорит:


- Ли же то добрый мужчина был твой хозяин? Смотри, как он тебе главу побил. А ты говоришь, что он добрый мужчина був.


- и то правда,- говорит долото.- Возьми же меня и вынеси на конец дома на боковую стену и брось через себя, то где я упаду и погрязну, то там и копай.


Вот змей так и сделал, и там, где погрязло долото, начал копать и выкопал. А дети уже большие выросли, парнем и девушкой стали. Забрал их змей и несет. Вот притомился он, сел отдыхать. Лежался-лежал и заснул. Девушка ськае ему в голове, а мальчик сидит, горюет. Аж бежит конь. Добегает и говорит:


- Здрастуй, парень^-молодец! Или по воле, или по неволе странствуешь?


А мальчик одказуе :


- Ей, братец^-братце-коньку-братцу, не по воле, а по неволе.


- Садитесь на меня,- говорит конь,- я вас вынесу. Взяли они и сели, а змей спит. Конь как пустился вскач, бежит да и бежит. А змей как пробудился, увидел, что их нет, и в погоню. Вот они сидят на том коне, а брат и говорит:


- Ей, коньку-братцу, печет меня в плечо. Пропадешь ты, пропадем и мы.


А змей летит, из рта у него пашить. Уже на коне и хвост занялся. Видит конь, что невидержка, взял хвицьнув, сам побежал, а они, бедные, зосталися. Как прилетит к ним змей:


- А,- говорит,- кого вы слушаете? Вот я вас съем!


Стали просить брат с сестрой, чтобы не ел их. Змей и говорит:


- Ну, этот раз вам прощаю, и только не слушайте никого!


Забрал их змей да и понес. Нос-нос он и притомился да и сел покоиться. Заснул змей. Девушка в голове ему ськае, а мальчик сидит, горюет. Аж летит чмелик. Прилита да и говорит:


- Здрастуй, парень^-молодец!


- Здрастуй, чмелику!


- А что, брат, или по воле, или по неволе странствуешь?


- Ей, чмелику-братику, сюда бы я не зашел по воле, а уже видно, что по неволе.


Чмелик говорит:


- Садитесь, я вас вынесу.


- Как же ты нас, чмелику, вынесешь, когда конь нос, и не винис.


- И уже,- говорит чмелик,- или вынесу, или не вынесу,- однако вам пропадать.


Вот взяли они сели на того чмелика, он их и понес. Змей как пробудился, как уздрив, что их нет, и в погоню. Сидят они на том чмелику, а брат и говорит:


- Ой, чмелику-братику, печет меня в плечо. Пропадем мы, пропадешь и ты.


Чмелик перевернул крылышка, снял их, они попадали, а он полетел. Вот прилетает змей, упал да и рот роззявив.


- Ага, попались! - говорит.- Теперь я вас из'им. Говорил же я вам, чтобы никого, оприч меня, не слушали.


Стали они просить змея, чтобы он их не ел, да и упросили. Вот он забрал их и несет снова. Сел одпочити, девушка ськае ему в голове, а мальчик сидит, горюет. Аж идет волик, такой неважный да и говорит:


- Здрастуй, парень^-молодец! Или по воле, или по неволе странствуешь?


- Ей, волику-братику, сюда бы я по воле не зашел, наверное, что по неволе.


- Садитесь,- говорит тот волик,- я вас вынесу.


А они говорят:


- Е уже! Когда конь и чмиль не вынесли, то где уже бы ты вынес?


- Ничего,- говорит волик.- Садитесь, то и вынесу. Вот они сели, волик и несет их. И так несет, что хвилька, то и милька, а как споткнется, то и две. Змей как увидел, что нет их, очень рассердился и как бросился аж сверх дерева и так летит, так летит! Вот мальчик оглянется да и говорит:


- Ой, волику-братику, печет меня в плечо. Пропадешь ты, пропадем и мы.


А волик и говорит:


- Загляни мне, мальчик, в левое ухо и вынь гребенку и махай ею назад себя.


Вынул тот гребенку, махнул назад себя - и стал лис такой густой, как гребенка. А волик свое делает: бежит и бежит, что хвилька, то милька, а споткнется, то и две. Змей как увидел лес, стал его грызть зубами. Прогризся сквозь того лес и снова стал догонять. Мальчик видит, что змей догоняет и говорит:


- Ой, волику-братику, печет меня в плечо. Пропадешь ты, пропадем и мы.


А волик говорит:


- Загляни мне в правое ухо, вынь платочек да и махай заведомо меня.


Он извлечение платочек, махнул и впереди него стало море. А на том море золотой мост. Вот сбежали они на мост и перебрались на ту сторону. Махнул назад платочком мальчик и не стало моста. Змей добежал к морю да и стал, нет ему по чему бежать.


Вот волик и говорит:


- Повезу я вас к хатке, и здесь в этой хатке будете вы жить недалеко от моря, а меня возьмите и зарезайте.


Плачут брат с сестрой:


- Как же мы тебя будем резать, когда ты нас от смерти спас?


- Ничего,- говорит.- Зарезайте и возьмить одно плечко повесьте на печи, второе на пола в уголке, третье на покути, а четвертое - круг порога, на все четырех кутках.


Зарезали они того волика, взяли и повишали пличка, как им сказано, по всем четырем уголкам, а самые заключались спать. Пробудился брат ночью, смотрит, а круг порога стоит конь в таком знаменитом уборе, который только сесть и ехать. Глянул на покуття, а там в уголке меч-самосич, а на пола в уголке собака Протиус, а на печи собака Недвига. Будит брат сестру, а сам садится на того коня, опоясывается мечом и с теми собаками и едет на охоту. Что уловит, то тем и питаются.


Ну, живут они над морем, а сестра ходит туда ложечки и одежину мыть. Змей и говорит к ней:


- Как то вы перебрались? А она и рассказывает:


- Есть у моего брата такой платочек, который как ею махнут, то сделается мист.


А он говорит:


- Знаешь что: попроси ты у него тот платочек будто бы стирать, и возьми махни ею, то я к тебе переправлюсь и буду с тобой жить, а брата твоего отравим.


Вот она пришла домой и просит брата:


- Дай, братцу, мне тот платочек. Она грязная, я пойду и выстираю тебе.


Он поверил ей да и дал. Сестра взяла, пришла к морю, махнула - пруд городов. Змей и переправился на эту сторону. Вот совещаются они, как бы потерять брата из мира. А змей и говорит:


- Ты возьми заболей да и скажи: снилось мне, братцу, и видилося, что если бы ты поехал на охоту и достал мне волчьего молока, то я бы и выздоровела. Вот он как поедет, а волки и разорвут его собак. Тогда мы и его визьмем, так как в собаках вся сила.


Вот приезжает брат из охоту домой, змей спрятался, а она ему и говорит:


- Снилось мне, братцу, который если бы ты поехал и достал мне волчьего молока, то я бы напилась да и, может бы, одужала, так как я такая слабая, такая слабая!


- То и достану,- говорит брат. Сел на своего коня и поехал. Приезжает в чагарець, аж здесь волчица схватилась. Протиус догнал, Недвига придержал. Брат сдоил молока и пустил ее. Волчица оглянулась и говорит:


- Спасибо тебе, парень^-молодец, что ты меня пускаешь. Я думала, что ты меня из мира потеряешь. Дарю тебе за этот волчонка.


и приказывает поэтому вовчати:


- Служи ты этому мужчине так, как отцу.


Вот он и идет. Это было у него двое собак, а теперь и третий волчонок бежит за ним.


Увидела сестра со змеем, который за братом бежит трое собак, а змей и говорит:


- Вот бедствие, еще и третьего сторожа себе добыл. Возьми же ты еще хуже заболей и попроси молока медвежого, то там его разорвут непреминно.


Вот змей перекинулся иглой, она взяла воткнула ее в стену. Слез брат из коня, а собаки и волк к дому и так взбираются на стену к той игле. А сестра и говорит:


- Зачем ты тех собак держишь, они мне покоя не дают!


Он крикнул - собаки и занимали. А сестра говорит:


- Снилось мне, братцу, который когда бы ты достал мне еще медвежьего молока, то я бы напилась да и одужала.


- То и достану,- говорит он. Переночевал, сел на коня да и поехал. Приезжает снова в чагарець: здесь сейчас и схватилась медведиця. Протиус догнал, Недвига придержал. Сдоил ее брат да и пускает. Медведиця и говорит:


- Спасибо тебе, парень^-молодец, за то, что ты пустил меня. Дарю тебе медведча.- А к медведчати говорит:


- Слушай его, как своего отца.


Едет брат домой, и увидели сестра со змеем, который уже четверо за ним. Змей и говорит:


- Попроси у него лисичого молока, то он как поедет, то звери его и съедят.


А сам перекинулся иглой, она и воткнула в стену еще выше, чтобы собаки не достали. Брат слез из коня, собаки снова бросились к дому и так и взбираются на стену. Сестра расплакалась:


- Нащо ты так много собак держишь!


Брат крикнул, они занимали. А сестра снова свое:


- Снилось мне, братцу, который если бы ты достал мне еще лисичого молока, то я бы одужала.


- То и достану,- говорит брат.


Вот ложится он спать. Недвига примостился в его главах, Протиус в ногах, а Вовчок и Медведик по сторонам. Переночевал брат, утром сел на коня, забрал своих зверей и поехал. Приезжает к чагарця: вибига лисица. Протиус догнал. Недвига придержал. Брат выдоил ее и пускает. А лисица и говорит:


- Спасибо тебе, парень^-молодец, что ты меня пускаешь. Я думала, что ты меня разорвешь своими собаками. За то дарю тебе лисиченя.- А лисиченяти говорит:


- Слушай его, как родного отца,


Едет брат домой. Завидел змей, что он добыл себе еще пятого сторожа, а сам и не пропал, и аж зубами скрежещет.


- Возьми,- говорит он,- заболей еще хуже и скажи и снилось мне, братцу, который где-то в другом царстве есть такой кабан, который носом пашет, ушами сияет, а хвостом волочит. И есть там такая мельница на двенадцать каменьев, которые само и мелется, само и насыпается, само одгортаеться, само и у мешки набивается. Это если бы ты достал из-под тех двенадцати каменьев муки, то я бы испекла себе коржа из той муки и выздоровела б.


Брат рассердился и говорит:


- Не сестра ты мне, а враг! А она:


- Ли же могу я тебе быть врагом, когда нас только двое на чужбине?


Поверил брат, снова сел на коня, забрал свой караул и поехал. Приезжает туда, к кабану и к тому мельницы, которая говорила. Привязал коня и идет в мельницу. А там двенадцать каменьев и двенадцать двери. И такая та дверь, что самые одчиняються и самые затворяются.


Взял он из-под первого камня муки, пошел во вторую дверь, а дверь и затворили его зверей. Вот как прошел он вся дверь, вышел надвир, аж видит: зверел нет. Он свистел-свистел, слышит, что они где-то воют, но не выбегают. Заплакал он, сел на своего коня и поехал домой. Приезжает, а сестра его гуляет со змеем. Только что брат входит в дом, а змей и говорит:


- Ну, сокрушался я за мясом, а мясо само идет. Велят жены брата рубить дрова и наставят кипяток, чтобы его сварит и съесть. Вот он рубит дрова, а сорока прилита да и говорит:


- Замедли, парень^-молодец, замедли, так как уже твои звери прогризлись сквозь двое двери.


Вот он поналивав в котлы воды и растапливает. А дров нарубил гнилых, они подсохнут немного и займутся. А он возьмет, прихлюпне водой, чтобы не так горели да и выйдет надвир. Сорока и говорит:


- Ей, замедли, парень^-молодец, замедли, так как уже твои звери прогризлись сквозь четверо двери.


Вот как войдет он к дому, то змей и говорит:


- Ей, не годный ты и кипятка нагреть! - И сам возьмет кочергу, поштовха, они и займутся. А брат возьмет да и прихлюпне водой, и дрова снова мало-помалу горят. Вышел он снова надвир, будто за дровами, а сорока и говорит ему:


- Ей, замедли, парень^-молодец, замедли, так как уже твои звери сквозь десять двери прогризлись.


А брат наберет якнайгнилиших дров да и вбросит в печь, чтобы не так горели. Вот уже и котлы начинают закипать. Снова вышел он надвир, якобы по дрова. А сорока и говорит:


- Ей, замедли, парень^-молодец, замедли, так как уже твои звери прогризли вся дверь и покоилась.


Вот уже закипели те окропи, он и говорит к змею:


- Зятю мой милый, зятю мой дорогой, разреши мне перед смертью на дерево вылезти и с белым миром проститься.


- Ну, лезь,- говорит змей.


Вот полез брат на явор, и ни одной ветви не пропускает, все на каждую ступает, чтобы только замедлить хотя немного. Вылез аж на самый верх. Прилетает сорока:


- Ей, замедли, парень^-молодец, замедли, так как вот-вот прибегут твои звери.


А змей вибига из дома да и кричит:


- Пока ты будешь сидеть там, слазь, так как уже у меня терпцю нет!


Стал слазить брат назад, и все на каждую ветвь ступает, чтобы загаяти время. Вот стал он уже на последнюю ветвь да и хочет наземь скочить, когда это звери его - будто что загудело - прибежали и стали вокруг него. А он тогда скик на землю да и гремит радостный на змея:


- А иди лишь, дорогой зятю, может, я уже и готовый!


Змей вышел, а он к зверям:


- Вовчук! Медведчук! Протиус! Недвига! Берите его!..


Звери как бросились - и разорвали у шматы.


Сейчас он взял труп составил, сжег, а лисичка хвостом смела, вынесла в поле да и развеяла. А как змея разрывали, то сестра ухватила зуб его да и спрятала. Вот брат и говорит:


- Когда ты, сестра, такая, то зоставайся себе здесь, а я поеду в другого край.


Взял сделал два ведра, повесил на яворе и сказал ей:


- Это, сестра, как будешь ты плакать по мне, то этот будет полный слез. А как будешь плакаты по змею, то этот будет полный крови.


Сел себе на коня, забрал своих верных друзей да и поехал. Приезжает он в один огород да и узнает, что в том огороде есть колодец и в ней сидит змей с двенадцатью главами. Как идут люди по воду, то и ведут одну девушку. Змей съест ее, а они наберут себе воды, так как иначе нельзя. Того дня настала очередь царю вести свою дочь. Вот парень-молодец и говорит:


- Я могу побидити того змея.


- Как побидиш его,- говорят люди,- это царь обещал отдать свою дочь еще и половину царства.


Ну, ведут ту царевну, а за ней и парня-молодца ведут, а за ним идут его звери и конь. Привели ту царевну, такую убранную. Здесь змей только что выткнулся, чтобы съесть ее, а парень-молодец и говорит:


- Меч-самосич, руби его! Вовчук, Медведчук, Протиус, Недвига, берите его!


Здесь тот меч-самосич сечет, а звери рвут. И разорвали его совсем. Взяли труп, составили, сожгли, а лисичка хвостиком смела пепел и развеяла. Благодарят люди ему, что вода стала свободна. А царевна дала ему перстень.


Вот идут они к царскому дворцу, а дорога далекая была, он притомился, лиг на траве, царевна ськае ему в голове. А лакей пришел, одв'язав тот меч-самосич от торокив да и говорит:


- Меч-самосич, секи его!


Тот меч и посек его на маленькие кусочки. А звери поснули и не слышали. Лакей тогда к царевне:


- А скажешь, что я тебя от смерти спас? Как не скажешь, то будет тебе то, что и ему.


Царевна испугалась да и согласилась. Приходят они домой, а царь такой рад. Сейчас одежду надел красивую на него и начали гулять.


Как пробудился Недвига, увидел, что нет хозяина, побудил всех. Стали думать-гадать, кто найпроворниший из них. Решили, что лисичка. Вот и посылают ее достать воды живительной и целебной и молодого яблочка. Побежала лисичка получать той воды и того яблочка. Аж вот и колодец с целебной и живительной водой, и возле нее растет яблонька с молодыми яблоками. Вот только колодец и яблоню и стережет солдат. И такой здоровый и махает раз в раз саблей, так что и муха пролететь не может над тем колодцем. Что здесь делает? Пустилась лисичка на ухищрения. Сделалась будто кривой, бежит мимо колодец и ковыляет. Солдат как увидел и за ней: дай, дума, поймаю. А лисичка от него все дальше и дальше. Вот как одвела она того солдата далеко и как чкурне к колодцу. Солдат только стал да и глаза вытаращил. А лисичка к колодцу, набрала в пляшечку воды, сорвала яблочко да и поминай как звали.


Прибежала лисичка. Сейчас Протиус взял ту воду, помазал ею шматы парня-молодца, они и исцелились. Влил ему у рот живительной воды, он и ожил. Дал ему съесть молодого яблочка, он помолодел и сделался еще лучшим, чем был. Встал парень-молодец на ноги да и говорит: - Ох, как же я долго спал!


- Хорошо бы ты спал, если бы мы не достали воды живительной и целебной.


- Что же теперь мы будем делать? - говорят все. Посоветовались и решили, чтобы он перебрался за старца и шел в царский дим.


Передягнувся он и пошел. Приходит, а лакеи его и не пускают. Стал он просит, а царевна и услышала и велела впустить. Вошел он в покое, стал шапку снимать, а перстень тот, что ему подарила царевна, так и засяв. Царевна и узнала, и еще не верит себе и говорит:


- Хода сюда, старче божий, я тебя угощу.


Подошел он к столу, царевна налила ему рюмку вина да и дает. А он берет левой рукой. Увидела, что он берет не той рукой, на которой перстень, да и выпила самая ту рюмку. Налива другу, а он берет правой. Она сейчас и узнала свой перстень и говорит к отцу:


- Это мой муж. Он меня одволив от смерти. А этот,- показывает на лакея,- этот прохиндей убил его и заложил меня, чтобы я сказала, что он мне муж.


Царь так и вскипел. Велел вывести из конюшни такого коня, который на него еще никто и не садился, привязали того лакея к хвосту да и пустили по полю. А парня-молодца посадили за стол и здесь же одгуляли свадьбы.


Вот живут они себе счастливо. Аж однажды вспомнил брат о своей сестре. Велел оседлать коня, забрал зверей да и поехал к ней. Приехал и видит, что тот ведер, которые назначенный для змея, битком набитый крови, а его ведер розсохся и рассыпался. Видит брат, что она сетует еще и до сих пор за змеем, да и говорит:


- Раз ты такая, то больше я тебя и знать не хочу. Сиди здесь, я больше и не наведаюсь к тебе.


А она как начала просить и умолять да и упросила, чтобы он ее взял с собой.


Вот как приехали они домой, она взяла и под ту подушку, что он спит, и подбросила змийового зуба, которая когда-то спрятала. Лег спать брат, а тот зуб и убил его. Женщина думала, что он сердит чего и не говорит к ней, и так просит, чтобы не сердил. А дальше взяла его за руку, а рука холодная, как лед. Она как закричит! А Протиус в дверь и цмок его! Он ожил, а Протиус умер. Дальше Недвига цмок Протиуса. Протиус ожил, а Недвига умер. Вот он к Медведчука.


- Целуй,- говорит,- Недвигу!


Недвига ожил, а Медведчук умер. Дийшла очередь к лисице. Как она умрет, то ее целовать никому. Что здесь делать? А лисица хитрая. Взяла она Медведчука, положила на пороге и цмок его, а самая за дверь. А зуб как выскочит и в дверь и там и застряв.


Ну, видят они, что все живые, что никто не погиб от того зуба, и такие рады, такие совету. А сестру взяли привязали, как того лакея, к хвосту коню да и пустили по полю.


Самые же они теперь живутся-поживают и добро царское проживают. Я там был, мед и вино пил, по бороде текло, а у рот не попало. Это вам и сказка вся.



15.12.2017