Два из сумки  

Главная - Два из сумки  


Два из сумки


или себе мужчина и женщина, и были они очень бедные. Вот мужчина пошел и раздобыл где-то мешок зерна да и говорит женщине:


- Это пойду в мельницу молотить.


Да и пошел. Понес в мельницу то зерно да и оставил там. Аж вот расходился большой ветер. Поломал ступы и мельницу развалил, и развеял всю муку. Пришел дед за мукой, увидел, что такое бедствие, да и возвратился к женщине по совету, который его делать. Решили судиться Витра.


Пошел дед судиться Витра, нашел его да и говорит:


- Когда ты мос мука рассыпал, то теперь скажи, что его делать, что теперь я сижу голодный.


Ветер и говорит:


- Не сокрушайся, деду! Вот на тебе барило, и только как выйдешь в поле, так не говори «бочонок, барило, рассыпься», так как будет тебе большое горе. А как придешь домой, тогда и скажи, будет у тебя все тогда.


Вышел дед от Ветра да и думает: «Нащо он дал мне этот бочонок? Что же мне из него за толк? А давай скажу «бочонок, барило, рассыпься». Сказал. Бочонок взял да и рассыпалось. Рассыпался бочонок, и дед перепугался: образовалась перед дедом хорошая хатка с усадьбою и прудом. Дед обрадовался да и швидче: «Барило, барило, ссыпься». Бочонок ссыпался. Он взял его на плечи да и пошел дальше.


Идет да и идет, на дворе уже поночие, а домой еще далеко. Смотрит, когда стоит дом маленький, заходит туда, когда там живое самая баба. Он упросился к ней переночевать. Баба его пустила. Лягать стали. Вот пен и говорит:


- Это же, бабушку, я кладу бочонок, так вы же не говорите «бочонок, барило, рассыпься», а то будет вам много горя.


- И нащо бы я его занимала?! Кладите.


Лиг тот мужчина да и заснул. Баба подслушала, что он снит, украдкой подошла к бочонку да и говорит:


- Барило, барило, рассыпься!


Бочонок рассыпался, и перед ней сделалась та самая усадьба, что и перед дидом.


- Ага,- говорит баба,- подожди же, я тебя обману.


Велела она поэтому барилови ссыпаться, взяла да и запрятала его в свой сундук, а вместо него положила свой бочонок.


Вот утром встал тот мужчина, взял свой бочонок да и пошел домой. Приходит домой да и говорит:


- Ну-ка лишь, женщина, иди созывай соседей смотреть на чудо.


- И которое же там чудо? - женщина говорит.- Может, там еще ничего и не будет, а ты созвать.


- И говорю же тебе - созывай, так как я ходил Витра судиться, так Ветер мне дал такой бочонок, который как велю я ему рассыпаться, то мы будем иайбагатши.


Пошла женщина поскликала соседей. Насходилося полный дом. Вот мужчина тогда и говорит:


- Барило, барило, рассыпься! Барило не рассыпается. Он снова:


- Барило, барило, рассыпься!


Не рассыпается. Он в третий раз - и снова ничего. Пришел в изумление мужчина: «Что за оказия! Обманул меня Ветер. Пойду снова судиться Витра».


Пошел, нашел Витра да и говорит:


- Что же ты меня обманул: дал такой бочонок, который с его ничего не вышло. Давай мне что-нибудь такое, чтобы было мне из чего жить.


Ветер и говорит:


- Да и глупый же ты, деду. Я же тебе говорил, как выйдешь в поле, то не говори: «Барило, барило, рассыпься». Ну, хорошо,- говорит Ветер,- на тебе шмат полотна, только снова, как выйдешь в поле, не говори: «Шмат, шмат, раскатайся». А скажешь тогда, как придешь домой.


- И нет,- говорит дед,- этот раз уже не скажу.


Взял тот шмат да и пошел домой. Вышел в поле да и думает: «А дай лишень скажу «шмат, шмат, раскатайся»,- что оно здесь будет?»


Сказал «шмат, шмат, раскатайся». Как только он это сказал, перед ним стали всякие лавки со всякой всячиною. Дед обрадовался:


- Аж это будет чудо соседям! Как приду домой, так еще больше наскликаю, чем вчера.


Велел он поэтому шмату скатиться, взял под плечо да и пошел домой.


Идет да и идет, уже стало над вечер клониться, а домой еще далеко. «Что это,- дума дед,- за оказия такая. Не хотелось мне заходить ночевать со шматом полотна, а придется».


Должен был дед снова заходить к тии бабы ночевать. Вошел в дом да и говорит:


- Это, бабушку, как я лягу спать, то вы не говорите «шматок, шмат, раскатайся».


- И нащо бы я его говорила.


Только тот мужчина заснул, а баба к шмату да и говорит тихонько:


- Шмат, шмат, раскатайся!


Только и баба сказала, как перед ней стали богатые лавки со всякой всячиною. Говорит баба:


- Снова я тебя обману, мужское!


Велела поэтому шмату скатиться, запрятала его мерщий в сундук, а вместе с тем положила свой.


Вот утром встал тот мужчина, взял свой шмат да и спешит домой. Пришел, а баба уже и не радуется потому, что принес от Ветра шматок полотна, думает, что вп'ять будет такое, как с бочонком. А мужчина ей велит идти созвать соседей снова. Баба долго не хотела, а потом таки пошла, наскликала соседей, посходились люди в дом и ждут, что будет. А мужчина вынес шмат полотна да и говорит:


- Ну-ка, смотрите, что оно будет, как скажу «шмат, шмат, раскатайся».


Сказал он раз - лежит шмат, сказал удруге - лежит шматок.


- Тьфу,- говорит дед,- и что оно за оказия, что Ветер меня обманывает да и обманывает. Пойду еще раз Витра судиться.


Пошел в поле, нашел Витра да и говорит:


- Дал ты мне барило, дал ты мне шмат полотна, а ничего и до сих пор у меня нет, который был бедный, такой и есть. Только женщина еще сильнее ругает, что пропал наш узел муки.


- Ну, ничего,- говорит Ветер,- я твоему горю помогу. На тебе эту коровую, только как будешь идти домой, то не говори «корова, корова, розложися», а потом не заходи к тии бабы ночевать, что те разы заходив.


- Е, нет,- говорит дед.- Далеби не зайду за этим вместе ночевать к бабе, поведу коровую прямо домой.


Вывел ту коровую в поле да и говорит;


- Что он мне дал эту корову?! Кормить у меня ничем, что я с ней буду делать? А дай лишень скажу «корова, корова, розложися».


Не успел он то сказать, как перед ним образовался господский двор с роскошными хоромами.


- Аж это,- говорит дед,- сделаюсь я господином. Таки Ветер не солгал!


Велел он той коровой сложиться, налигав ее да и идет дальше.


Идет да и идет, идет да и идет, а на дворе уже и ночь наступает, а дома того мужчины еще и не видно. Думает: «Что же его делать? Зайти к бабе ночевать, так когда бы еще не обманула. Идти же домой - боюсь, чтобы временами не напали разбойника да и не одняли коровы моей. Наверное, таки зайду к бабе и заночую».


Зашел к бабе в двор, привязал коровую к яслям там, где стоит и бабья корова, а сам пошел в дом к бабе проситься переночевать да и говорит:


- Вот, баба, поставил я круг яслей коровую, так вы не идите где ее и не говорите «корова, корова, розложися».


- И нет,- говорит баба,- нащо бы я говорила.


Лиг тот мужчина спать. Только он заснул, а баба украдкой вышла из дома да и говорит:


- Корова, корова, розложися!


Корова розложилася. Глянет баба - аж перед ней стоит господский дом. Баба обрадовавшаяся и мерщий велела той корове сложиться. Одв'язала ту корову, одвела в свой загон да и запрятала, а свою коровую такой же масти поставила к яслям. Вошла украдкой в дом да и легла себе спать.


Проснулся тот мужчина утром, смотрит: баба еще спит. «Ну,- думает,- не ходила еще баба к корове. Пойду же я мерщий налигаю и буду идти домой». Взял коровую да и спешит домой. «Аж это,- думает,- приведу в удивление всех соседей». Пришел он домой и мерщий на женщину гремит:


- А иди, лишень, женщина, созывай соседей, пусть посмотрят, чем мне Ветер заплатил за узел муки.


Женщина сердит и ругает его, что он и сам не делает, и ей заважа. А он все-таки велит ей созвать сусидив.


Созвала женщина сосед, насходилася полный дом. Как посходились люди, тогда тот мужчина ввел коровую да и говорит:


- Корова, корова, розложися!


Сказал он раз, сказал удруге - стоит корова, как и была.


- Нет, видко таки Ветер хочет меня обмануть,- говорит дед. Одвив ту коровую в загон да и загрустил: «Что его делать?


Корова есть - кормить ничем. Пойду снова Витра судиться». Пошел он в поле, нашел Витра и ее говорит:


- Ну, это уже как хотя, а я буду тебя судиться.


- Это! - говорит Ветер.- Разве я тебе и до сих пор не заплатил за тот узел муки?


- И чем же ты мне заплатил? - говорит дед.- Бочонком или шматом полотна? Все то, что ты мне говорил - вранье.


- Ну,- говорит Ветер,- это последний раз даю тебе сумку. Чтобы ты ко мне больше не приходил. Бэры эту сумку, и как выйдешь в поле, то не говори, что «два из сумки», так как будет тебе много горя.


- И цур ему! Я на нее и смотреть не буду, пока домой не донесу.


Взял он ту сумку да и пошел домой. Вышел в поле да и говорит: «А дай лишень я скажу «два из сумки».


Не вспив он это сказать, как из сумки выскочило некоторых два мужчины и начали его бить. Как дед не кричал, как не просил их - не перестают они бить. Вот он и думает: «А давай я позову «два в сумку». Не послушают ли меня?»


Не вспив он это сказать, как те два вскочили в сумку. Взял он тогда ту сумку да и пошел домой.


Как мужчина не спешил, чтобы засветло домой дойти - не удалось. Пришлось снова заходить к бабе ночевать. Зашел он к бабе в дом да и говорит:


- Это, баба, я еще раз у вас переночую. Сам я лягу круг припичка, а сумка моя пусть висит тут на колышке.


- О мне,- говорит баба,- пусть и там висит.


- Только вы уже, баба, ции сумки не занимайте, не говорите, что «два из сумки».


- И нащо мне это казать?


Заключались они спать. Тот мужчина заснул, а баба услышала, что он спит, и встала тихонечко и мерщий к сумке да и говорит:


- Два из сумки!


Не вспила она это сказать, как выскочило два из сумки да и начали той бабе под стороны давать. Как и баба не просила, чтобы они перестали ее бить - не слушают. Баба уже и кричала бы, то боится, чтобы тот мужчина не услышал, а они все ее бьют и требуют, чтобы она возвратила все то, что забрала у того мужчины. И божится баба, и крестится, что не брала, а они как припекут, припекут! Думает баба: «Ну что же, признаюсь».


Пошла принесла им шмат полотна, бочонок, корову привела, а они все бьют, все бьют. Это баба стонала, а то давай уже кричать. Как постоянна кричать, то и возбудила того мужчины. Он как схватил, что такое? Аж смотрит: два из сумки бьют бабу. Глядь - когда здесь и корова его стоит, и барило, и шмат полотна - все, что Ветер ему давав.


Он тогда как крикнет:


- Два в сумку!


Вскочили те два в сумку. Взял мужчина сумку на плечи, забрал то полотно, бочонок, коровую, что Ветер ему дал, да и пошел домой.


Пришел домой да и пошел сам соседей созвать. Сошлось соседей полный двор. Тогда он и говорит:


- Ну-ка, барило, рассыпься!


Как рассыпался тот бочонок, как стала перед людьми богатая усадьба. Испытывают удивление соседи и завыдуют. А дальше мужчина и говорит.


- Шмат, шмат, раскатайся!


Как раскатался тот шмат, так и понабирались где-то лавки со всяким добром. А как сказал:


- Корова, корова, розложися! - Так и образовались господские хороми.


У людей глаза так и разбегаются. Как зашамоталися люди и давай тянуть в кармане, кто что попал. Видит дед, что беда, да и говорит:


- Два из сумки!


Как выскочило два из сумки, как пошли тех соседей разгонять и набрано одбирати. Били всех соседей, сколько хотели, а этот мужчина стоит и только смеется. Потом и говорит:


- Два в сумку!


Вскочили те два в сумку, а соседи порозбигалися, кто куда попав.


- Ну,- говорит,- женщина! Ходил Витра судиться да и випозивав. Поживем теперь и мы так, как хотели!


и стали они жить и поживать.



16.12.2017