На Ивана Купала  

Главная - На Ивана Купала  


На Ивана Купала


Галина Мирослава


оли еще Буськ между людьми назывался Божеськом, когда еще в нем можно было увидеть аж два замка , и был он столицей княжества, и не было в нем ни папирни, на которой позднее печатались книги знаемого печатника Ивана Федорова, ни гарбарни, ”фабрики кожи”, что со временем обеспечивала обувью немного не всю австрийскую армию, ни сукновальные, на которой заправляли прибывшие к Буська из-за границы волохи, жил в городе портной Василько Навесьсвитмолодець.


Чтобы кто не говорил, был то портной - над всеми портными портной! Все его знали и мечтали хотя что-то у него пошить. Каждый бужанин уважал и помнил Василькови крои то самый пошив. Тяжело даже вообразить, сколько приходилось работать этому мастеру. А если вспомнить, что жители Буська любили носить только то, чего не имели соседи, просто испытываешь удивление, когда же портной успевал?! Мещане из всех сил старались на добрые ткани: и шелку, и суконные, и бархату, при чем как свои, так и привозные. Навесьсвитмолодець имел такую память, что никто бы того, что он мог запомнить, не перепомнил. Он никогда никуда ничего не записывал, но размеры и формы кожнисинького мужчины знал как свои п'ятки. Даже когда кто-то долго не заходил к мастеру, тот продолжал помнить снятые мерки. Поскольку Василько сызмала мечтал о портняжном деле, учил с большим упорством, схватывал на полета все, что хотя где слышал о портяжничестве, когда вырос, ясно видел что, куда и как в своем ремесле.


Однажды на Ивана Купала, именно тогда, когда солнце начало купаться, кто-то постучал в Василькови дверь. Мастер визирнув в окно - никого, подошел к двери, спросил: „ Кто там?” В ответ - молчанка. Еще раз поспитав. И аж теперь выразительно услышал голос, который воспевал:


„я существо маленькое

И не имею сердечка.

И ничего с этим не поделает

Ни ветер, ни град,

Ни дождь навпопад,

Ни потемки, ни повидну,

Хотя меня и не каждому видно”.



- Кто ты? - переспросил Навесьсвитмолодець.


- Пуп. Собственной персоной. По делу.


Ат! Как хотелось портному на праздника о всех делах забыть, но ничего не вышло. Должен был отворять, лишь бы гостя не обидеть. В конце концов, поты и живешь на белом миру, пока нужный. Как только дверь приотворилась, в дом посувом двинул сам Пуп, то есть пупець от мужчины. Василько аж поступцем уступил к стене. То ли пришел в изумление, то ли напугался - не знаю. Но когда господин Пуп зашел, раскланялся на все стороны, хозяин успокоился. Насвистывая „ Ходит тыква по огороду”, Пуп подошел к лаве, всився и подернул: „кричу тут на пуп, имело не надорвался, а оно даже муха на миру для того, чтобы ленивые днем не сожгли. Поздравляйте гостя! Я же нюхом слышу, что здесь лакомый шмат пирога есть. Наилучший мастер - наилучший стил.”


Портной улыбнулся и начал упрашивать к столу. Пуп охотно потянулся к пище. Ел он много и быстро. „и куда только он то все составляет?” -подумал Василько. А Пуп тем временем сметал все со стола, приказывая: „де хозяин не ходит, там нивка не родит. Красненько благодарю”. Как наелся, начал просить: „визьми меня себе”. „я уже имею пупа”, - отбивался портной.


- Это может знаешь кого, кто без пупа по миру ходит. Столько пупцив за день видишь! - надоедает гость.


- Еще не видел, - сник мастер, - ни один мужчина без пупа ко мне не заходил, сколько шею. Но скажи мне, так как не доторопаю, где твой хозяин?


- Я его съел, - одказуе Пуп.


Воцарилась тишина.


- Так ты и мене можешь съесть? - набравшись духа, спросил портной.


- Так-то оно так и не так. Но я тебе отблагодарю за гостину. Слушай и запоминай, только смотри, чтобы где не оговорился.


Помолчал и продолжил:


- Я могу съесть только того, кто лишь меня и слушается, кто мне во всякое время угождает.


- Не понимаю. Итак тебе нащо?


- Так как я такой. Я Пуп!


- Хорошо, а как никто не станет тебе служить?


- А такого не будет, пока будут жить люди. Все к пище берутся.


Они еще говорили и говорили. Портной рассказывал о Буськ, о людях, Пупе слушал и думал, что же ему делать: здесь люди при деле, о деле заботятся, им не к нему, разве с дорогой душой угостят на праздник. Разговор затянулся к утру. Но как только стало рассветать, портной попросил извинение и взялся за работу. Сколько можно ляси точить! Что было делать Пупу? Похопився да и пошел. Больше в Буську его не видели.



15.12.2017