Иван Голик и его брат  



Иван Голик и его брат


есь-не-десь, в тридесятом царстве, в другом государстве жил царь с царицей или князь с княгиней, и было в них два сыны. Вот князь и говорит своим сынам:


- Ходим со мной к морю, послухаем, как морские люди песни будут петь.


Вот они и пошли. Идут рощей. Князь и захотел вивидать у своих сынов правды: который из них на отшибе будет, а который на его царстве будет хозяйничать. Идут рощей, когда же стоит три дуба. Князь глянул да и спрашивает своего старшего сына:


- Сыну мой дорогой, что бы из этих трех дубов было?


- А что же,- говорит,- батечку? Была бы из них добрый амбар, а если бы попилять, то красивые доски были б.


- Ну,-говорит,- сынку, ты будешь хороший хозяин. Тогда спрашивает и меньшего:


- Ну, а ты, сынку, который бы из этих дубов сделал?


Он и говорит:


- Отцу мой дорогой! Когда бы мне была воля и сила, я бы третьего дуба срубил и перевел на те два, и сколько е князей и господ, я бы их всех вивишав.


Князь почесал главу и замовк.


Вот пришли к морю, стали все глядите, как рыба играет, а князь взял и меньшего сына и пихнул в море:


- Пропадай же,- говорит,- лучче сам, лентяй!


Только что отец сына в море пихнул, его кит-рыба сейчас и ухватила. Он в ней и ходит. Давай та рыба хватать телеги с волами и конями. Ходит он в рыбе, переискивает, что в телегах, тем и питается. И как-то и нашел в одном телеге колыбель, табак и огниво. Взял, в колыбель табака наложил, викресав огня и давай курит. Одну колыбель выкурил, наложил другу - выкурил, наложил и третью - выкурил. Вот та рыба от дыма и упилась, приплыла к берегу и заснула. А по березе ходили охотники. Ходились-ходили, а один увидел да и говорит:


- Итак, братця, по рощам сколько ходили, и ничего не нашли. Или вы видите, вон какая рыба круг берега лежит? Давайте ее стрилять!


Вот стреляли ее, стреляли, потом познаходили топора и давай ее рубать. Рубились-рубили, когда же слышат - кричит в ней внутри:


- Ей, братця, рубите рыбу, и не зарубите православной души.


Они из ляку как бросятся и повтикали. Вот он в дырку вылез, что охотники прорубили, вышел на берег да и сидит. Сидит себе голый - так как на нем что был наряд, погнило уже, может, он круглый год был в рыбе,- и думает себе: «Как мне теперь в мире жить?»


А его старший брат сделался уже сам большим господином. Отец умер, так он и зостався хозяином на всем государстве. Позбиралися судьи, сенаторы, присудили ему женится, поэтому молодому князю, и едет он шукать себе дружби, а за ним большой поезд. Идет, когда же сидит голый мужчина. Вот и посылает он слугу:


- Пойди спроси, что это за мужчина? Тот приходит:


- Здоров!


- Здрастуй!


- Что,- говорит,- ты такое?


- Я,- говорит,- Иван Голик. А вы кто такии?


- Мы из такой и такой земли, идем искать своему князеви дружби.


- Пойди же ты скажи своему князю, который идет он свататься, да без меня не посватается.


Той возвратился к князю - так и так. Князь приказал слугам даты ему рубашку, штаны, все, что надо. Тот в воду вскочил, ополоснул, оделся. Привели его к князю; он и говорит князю:


- Уже же когда меня взяли с собой, так все меня и слушайте. Будете слухать, то будем на Движении, а не будете - пропадем все.


Князь сказал «хорошо» и велел всем его слухать. Идут себе, когда это - мышиное войско. Князь хотел так по мышам и идти, а Иван Голик:


- Нет,- говорит,- подождите, дайте мышам дорогу, чтобы не заняли ни одной мыши и шерстинкой.


Здесь все набок обратили. Задняя мышь обернулась да и говорит:


- Ну, спасибо тебе, Иван Голику, не дал ты моему войску пропасть, не дам и я твоему.


Едут дальше, когда это идет комар со своим войском, которое нельзя и глазами глянут. Налетает комарський дивизионный генерал:


- Ей, Иван Голику, дай моему войску крови напиться! Как дашь, то мы тебе в большом приключении станем: а не дашь, так не будешь на Движении.


Он сейчас рубашку из себя спустил и велел себя зв'язать, чтобы не вбить ни одного комара. Комары нассалися и полетели.


Идут свыше берегом, когда мужчина поймал две щуки в море. Иван Голик и говорит князю:


- Купим те две щуки у мужчины и пустым в море назад.


- Нащо?


- Не спрашивай нащо, а купим.


Купили те щуки и назад в море пустили. Они обернулись и говорят:


- Спасибо тебе, Иван Голику, что не дал нам пропасть. Мы тебе в большом приключении станем.


и не так-то быстро творится, как быстро в сказке кажеться. Идут они там, может, неделя, или что, приезжают на другую землю, на тридесятое царство, в другое государство. А в том царстве царствовал змей. Дома видно большие, а двор кругом обставлен железными сваями, и на каждой пали все понастромлювани разного войска главы, а круг самых ворот на двенадцати сваях нет глав. Стали они доходит, стала князю тоска к сердцу приступать, и говорит князь:


- А на эти пали, Иван Голику, не придется ли наши главы настромлювать?..


- Увидим! - говорит.


Приехали туда, когда же змей встретил их, будто и добрый; принял за гостей; велел весь поезд нагодувать, а князя взял с собой и повив в дом. Ну, там себе пьют-гуляют, хорошие мисли имеют. И у того змея есть двенадцать дочерей как одна. И вывел их змей к князю, и рассказал, которая старшая, а которая пидстарша, и к послидньои. Так самая меньшая больше всех князю под норов пошла. Гуляли они до вечера. Вечером давай прощаться, идти спать. Вот змей князю и говорит:


- Ну, которая дочь лучшая? Князь и говорит:


- Меньшая мне наилучшая, меньшую буду сватать. Змей говорит:


- Хорошо, только я дочери не оддам, пока не сделаешь всего того, что я тебе буду наказувать. Поделаешь все, так оддам за тебя дочь, а не поделаешь, так потеряешь свою голову и поезд твой здесь весь поляжет.- И приказывает ему: - У меня есть на току триста скирд всякого хлеба. Чтобы он к свита был весь перемолоченный и чтобы было так: солома к соломе, полова к полове, зерно к зерну.


Вот князь идет к своему поезду почивать да и плачет. А Иван Голик увидел, что он плачет, да и пита:


- Чего ты, князю, плачешь?


- Как же мне не плакать? То и то загадал мне змей.


- Не плач,- говорит,- князю, ложись спать, к миру все будет сделано.


Как выйдет Иван Голик на двор, как свистнет на мышей! Где те мыши понабирались и говорят:


- Нащо ты нас, Иван Голику, зовешь?


- Как мне не кликать вас? Загадал змей, что все скирды, которые у него на току, к миру перемолотит и чтобы солома к соломе, полова к полове, зерно к зерну было.


Как запищат тии мыши, как шатнулись на ток! Собралось их столько, что и ступит нигде. Как взялись делать - еще и на мир не поблагословилося, а они уже и кончили. Пошли, Ивана Голика возбудили. Тот пришел - скирды как стояли, так и стоят, полова осибно лежит, а зерно тоже осибно. Иван Голик и просит их, чтобы посмотрели, или нет еще в каком колоске зерна. Они как шатнулись, так ни одной мыши и не увидишь в соломе. Повилазили и говорят:


- Нет, нет нигде, не бойся, никто не найдет ни зерна. Ну, теперь же мы тебе, Иван Голику, одслужили. Прощай!


Он стал и стережет, чтобы еще кто вреда не наробив.


Когда это князь идет шукать его. Нашел, испытывает удивление, которое так сделано все, как змей говорил; благодарит Ивана Голику и пошел к змею. И приходит вдвоем со змеем. И испытывает удивление сам змей. И позвал дочерей, чтобы поискали в соломе зерна чуть ли не оторванный где колосок. Вот дочери искали-искали - нет. И говорит змей:


- Ну, хорошо, ходим; до вечера будем и гулять, а вечером снова работу загадаю на завтра.


Вот догуляли до вечера, он и загадывает:


- Сегодня утром меньшая дочь моя в море купалась и впустила перстень в воду, искала-искала - не нашла. Как найдешь завтра и принесешь, пока сидать обидать, так будешь живой, а не найдешь, так здесь вам и конец.


Князь идет к своим да и плачет. Иван Голик увидел его и спрашивает:


- А чего, князю, плачешь?


- Оттака и такая,- говорит,- напасть. Иван Голик и говорит:


- Врет змей: он сам у дочери перстень взял и сегодня рано свыше морем летал и перстень укинув. Ложись спать. Я завтра пойду к морю, может, и достану.


Назавтра утром приходит Иван Голик к морю, как крикнет богатырским голосом, молодецким посвистом, так все море и забушевало. Тии две щуки приплыли к берегу и говорят:


- Нащо ты нас, Иван Голику, зовешь?


- Как мне вас не кликать? Змей сегодня рано свыше морем летал и вбросил перстень. Ищите всюду. Как найдете, так буду я живой, а не найдете, так змей потеряет меня с мира.


Они и поплыли, и где уже не виплавали по морю, где уже не искали. Нет! Поплыли к своей матери и говорят, что такое и такое горе. Иметь и говорит им:


- Перстень тот у меня. Жаль мне его, а вас еще больше.- Да и выбросила из себя перстень.


Они приплыли к Ивану Голика и говорят:


- Вот же тебе и наша одслуга. Насилу нашли.


Иван Голик тем двум щукам поблагодарил и пошел. Приходит, аж князь снова плачет, так как змей аж дважды присылал за ним, а перстня нет. Как увидел Ивана Голика, так и пидскочив.


- А что, перстень есть?


- е,- говорит.- Итак, змей и сам идет.


- Пусть теперь идет!


Змей на порога, а князь и себе, и ударились лбами. Змей сердитый.


- А что, перстень есть?


- Вот он! Только не отдам тебе, а отдам поэтому, у кого ты взял. Змей ухмыльнулся и говорит:


- Хорошо! Ходим же обидать, так как у меня есть гости и давно тебя ожидаемся.


Пошли. Князь входит в дом, когда змеев сидит одиннадцать. Он давай с ними здоровкаться. Тогда подошел к дочерям, вынул перстень и говорит:


- Которой перстень? Меньшая покраснела и говорит:


- Мой.


- Когда твой, так возьми, так как я все море выбродил, его искать.


Все засмеялись, а меньшая поблагодарила.


и пошли все обидать. За ободом, при гостях, змей и говорит:


- Ну, князь, пообедав, спочинем, а тогда приходи. У меня есть лук в сто пуд. Как выстрелишь при всех этих гостях, так оддам дочь.


Пообедав, пошли все видпочивать, а князь скорее к Ивану Голика и говорит ему:


- Отепер прожгли: такая и такая вещь!


- Ерунда! - говорит Иван Голик.- Как принесут тот лук, так ты посмотри на него и скажи змею, что я этим луком не хочу стыдится и что у меня каждый слуга из него выстрелит, и велели меня покликать. Я выстрелю так, что уже больше никому не загадают стрилять.


Князь, поговорив с ним, пошел к змею. В домах с дочерями и гуляет. Когда это - не скоро - змей выходит с гостями, и за ним несут лук. Князь как глянул - и испугался. Вынесли тот лук надвир, и все повиходили. Князь кругом лука обошел да и говорит:


- Я этим луком не хочу и стыдится, а позову кого-нибудь из своих слуг, то каждый из него выстрелит.


Здесь змеи один на один переглянулись и говорят:


- Ну, пусть попробует. Князь и закричал:


- Пошлите мне Ивана Голика! Тот приходит. Князь и говорит:


- Визми этот лук и выстрелы.


Иван Голик лук поднял, стрелу заложил, как выстрелил, так шмат в двадцать пуд и одломивсь от лука.


Князь тогда, стоя, и говорит:


- Вот видите? Если бы это я выстрелил, так вы бы меня и осрамили.


Иван Голик тогда пошел к своим, воткнув шмат лука за голенище, а князь из змиивнами в дом. Змеи же зосталися на дворе и все совещались, что бы ему еще загадать сделает. Посоветовались и пошли в дом. Змей, войдя, что-то шепнул меньшей дочери на ухо. Она пошла, а он за ней. Там долго говорили, потом выходят, змей и говорит:


- Сегодня уже нерано; пусть завтра утром. У меня есть конь за двадцатью дверью, то как поездишь на нем, так отдам дочь.


Вот погуляли до вечера, порозходилися спать; князь приходит и рассказывает Голику. Тот, выслушав, и говорит князю:


- А ты думаешь, нащо я взял тот шмат лука? Я уже знал, что это будет. Как же подведут тебе коня, то ты посмотри на него да и скажи: «Не хочу я на этом кону ездит, чтобы не осрамится, как с луком, а пусть поедет мой слуга. А то не конь будет, а его меньшая дочь. Ты на нее и не сядешь, а я ее хорошо проучу».


Вот устали утром. Приходит князь в дом, поздоровкався со всеми, смотрит - одиннадцать дочерей, а двенадцатой нет. Змей устав и говорит:


- Ну, князю, ходим надвир, так как скоро выведут коня; будем смотрит, как будут вести.


Повиходили все, смотрят, аж ведут коня двое змиив, и то с большой силой держат - так их обеих на голове и носит. Привели перед ларек; князь обошел кругом, посмотрел и говорит:


- Что же вы говорили, что коня приведете? А теперь привели кобылицу. На этой кобылице я ездит не хочу, чтобы не осрамится, так как вчера луком, а позову своего слугу, пусть он поедет.


Змей говорит:


- Хорошо! Пусть поедет.


Князь позвал Ивана Голика и приказывает ему:


- Садись на эту кобылицу да и прогуляйся.


Иван Голик как сел, змеи кобылицу и пустили. Как понесла же она его, то аж под тучу, а оттуда спустилась и ударилась об землю так, что аж земля застонала. А Иван Голик тогда как вынет из-за голенища двадцятипудовий шмат лука и давай ее чистит. Она схватилась и понесла его всюду, а он ее все бьет между уха. Вот носила его, носила, дальше видит, что ничего не сделает, давай просится:


- Иван Голику, не бей меня, загадывай мне что хочешь, все для тебя сделаю.


- Мне,- говорит,- ничего делать не надо, а только как приеду я к князю, то чтобы ты круг его упала и ноги простерла.


Она думалась-думала:


- Ну, ничего,- говорит,- с тобой делать.


и понесла его свыше деревом, круг князя спустилась, на землю упала и ноги одкидала. Князь и говорит:


- Видьте, какой стыд! А вы хотели, чтобы я на этой кобылице ихав.


Змею стыдно стало перед ним, и делает было ничего. Походили по саду и пошли обидать. Когда и меньшая дочь их встретила, давай здоровкаться. Князь смотрит на нее, так то хорошая была, а теперь еще лучша стала. Занимали обидать, змей и говорит:


- Ну, князю, уже же после обод выведу я своих дочерей надвир. Как познаешь, где меньшая, так тогда и свадьба будем гулять.


После обода змей повив своих дочерей одягать, а князь пошел к Ивану Голика на совет, который ему делает.


- А вот что,- говорит.


Сейчас засвистал - комар и прилетел. Он ему рассказал все приключение. Комар и говорит:


- Ты нам стал в приключении, и я тебе состояния. Как выведет змей их надвир, то пусть князь смотрит - я буду литать над ее главой. Пусть обойдет их кругом один раз - я буду литать, и второй раз обойдет - я буду летать, а третий раз как будет обходит, то я сяду у нее на носу, и она не втерпить моего кусания, махнет правой рукой.


Сказав это, комар полетел в дом. Когда присылает змей за князем. Князь приходит, когда там стоят все двенадцать дочерей, и на них все одинаковое, как лицо, как селезенки, как платье. Он на них дививсь-дививсь - никак не познает: совсем не те панночки стали, что были. Вот он в первый раз обошел - не увидел комара; второй раз начал обходит, когда это - лета над главой. Он уже и глаз не спуска из того комара. Как начал третий раз обходит, тот комар на нос у нее сел и давай кусать. Она рукой - мах! А князь за нее:


- Это моя!


и привел ее к змею.


Змей - никуда деться:


- Когда познал,- говорит,- свою молодую, так сегодня зачнем и свадьба гулять.


Началась свадьба. Повенчали их вечером. Здесь гуляли, из пушек стреляли и чего не делали? Уже вот скоро спать вести. Тогда Иван Голик одизвав князя да и говорит:


- Ну, князю, гляди же, чтобы завтра нам и домой ихать, так как здесь нам добра не мыслят. И еще слушай: прошу я тебя, не донимай женщине веры до семи лет, то как она к тебе ластится, а ты ей всей правды не говори, а то как расскажешь, то и сам пропадешь, и я пропаду с тобой.


Тот говорит:


- Хорошо, не буду донимать женщине веры.


Вот на второй день поодягались молодежи и повиходили к змеям. Здесь князь давай просить отца, чтобы ихать домой. Змей и говорит:


- Как можно так скоро ихать?


- Уже же как себе хотите, а я поеду сегодня домой.


Вот, пообедав, взяли молодежи, сели и поехали. Ну, приехали в свое царство. Тогда уже князь благодарил Ивана Голику за все вместе и настановив его первым своим советником. Как Иван Голик скажет, так по всему царству и творится. А князь сидит себе и предположения не имеет ни о чем.


Вот живет молодой князь со своей женщиной год и второй. На третий прижили они себе сына. Молодой князь утешается. Вот один раз взял сына на руки да и говорит:


- Что есть лучше на миру, как мне это дитя?


А княгиня, бачивши, что князь так разнежился, давай его цилувать. И розпитувать, вспомнив, как он сватался, как он все ее отца приказы виконував.


Князь и говорит:


- Выполнял бы я до сих пор твоего отца приказы на железной пале, если бы не Иван Голик. Это он все делал, а не я.


Здесь она не подала виду, которая рассердилась, и сейчас куда-то вышла.


А Иван Голик сидит себе дома, ни о чем и не заботится, когда летит к нему княгиня. Сейчас вынула из-под полы полотенце с золотыми концами и как махнет тем змиивським полотенцем, так его надвое и разрубила: ноги остались здесь, а туловище с главой изнис крыша в доме и упал за семь верст от дома. Тогда, упав, и говорит:


- Ах ты проклят! Не надеялся я на тебя, чтобы ты признался! А еще просил, чтобы не донимал женщине веры до семи лет! Ну, теперь пропал я, пропал и ты!


Поднял голову и сидит в лесе. Когда это смотрит: гонит безрукий мужчина зайца. И гонит в самый раз на Ивана Голика. Тот заяц добегает - Иван Голик и ухватил. Вот и завелись биться. Тот говорит: «Мой заяц!» А тот говорит: «Мой!» Бились-бились, так ни тот тому, ни тот поэтому ничего не сделает. Безрукий и говорит:


- Довольно нам биться, а виверним дуба, и кто дальше бросит, того будет заяц.


Безногий говорит:


- Хорошо!


Вот безрукий подкатил безногого к дубу: тот вывернул и дал безрукому. Безрукий лиг да как бросил ногами, так за три версты дуб упал. А безногий как бросил, так за семь верст упал. Тогда безрукий и говорит:


- Бэры зайца и будь мне старшим братом.


Вот побратались, сделали возок, прицепили бечевке и, как куда надо, то безрукий запряжется и безногого и возит. Вот раз и поехали в какой-либо огород, где царь живое, к церкви, и поставил безрукий круг старцев безногого на тележке. Стоят и ожидают. Когда царевна идет. Доезжает к ним и говорит:


- Подай этим калекам эти деньги.


Она хотела выходит подать, а безногий и говорит:


- Если б же, ваше добродийство, вы нам своими руками милостыню подали.


Вот она взяла у фрейлины деньги и дает безногому. А он ее и спрашивает:


- Скажите мне,- говорит,- чего вы, не во гнев вам, на виде такие желтые?


Она говорит:


- Так мне бог дал!- да и вздохнула.


- Нет,- говорит,- я знаю, чего вы такие желтые. Я,- говорит,- мог бы сделает, чтобы вы не были такие.


Когда на этот разговор над'ижджае царь. Сейчас и ухватился за то слово. Вот того безногого и безрукого с возком в дом: робы что знаешь!


А он говорит:


- Что же, царю! Пусть царевна признается по правде, чего она такая плохая стала.


Тогда отец к дочери. Она и призналась:


- Так и так,- говорит,- ко мне летает змей и из меня кровь тянет из груди.


Побратими и спрашивают:


- А когда он летает?


- Именно перед свитом, как все караулы поснуть, так он ко мне через комин и влетит. А как кто войдет, то под подушками прячется.


- Постой же,- говорит безногий,- мы в синечках затаимся, а ты, царевна, покашляй, как он прилетит.


Вот затаились они в синечках. Когда же что-то будто искрами под стрихою засветило. Царевна тогда: «Кахи!» Они к ней, а змияка и запрятался под подушки. Вот царевна схватилась из постели, а безрукий лиг на земле и безногого и бросил ногами на подушки. Безногий как упиймав у руки того змея, давай вдвоем душит. Тот змей и просится:


- Пустите меня! Не буду никогда литать и десятому запрещу.


Безногий и говорит:


- Нет, понеси нас туда, где целебная вода, чтобы у меня были ноги, а у брата руки.


Змей и говорит:


- Беритесь за меня, понесу, только не мучайте меня.


Вот и ухватились за него безрукий ногами, а безногий руками. Тот змей как полетел с ними, прилетает к колодцу и говорит:


- Это целебная вода!


Безрукий так и хотел туда вскочит, а безногий кричит на него:


- Постой, брат. Вот подерж ногами змея, а я вонжу в колодец сухую палочку, тогда увидим, целебная ли вода.


Устромив, так пока было в воде, до тех пор и одгорило. Как взялись же тогда за того змея! Давай его душит. Били его, били! Он и давай просится:


- Не бейте, здесь есть недалеко и целебная вода.


Повив к второй колодцу. Они там устромили сухую палочку, так сейчас и розпукуваться стала. Тогда безрукий ускочив и выскочил видти с руками. И безногий ускочив и выскочил с ногами. Тогда змея пустили и велели, чтобы более не летал к царевне, а самые поблагодарили друг другу за то, что дружно жили, и розпрощалися.


Иван Голик пошел снова к своему брату, к князю: что с ним сделала княгиня? Приходит под то царство, когда видит - недалеко от дороги пасет свиновод свиньи, свиньи пасет, а сам сидит на могиле. Он и подумал: «А пойду того свиновода расспрошу, как здесь у них творится?»


Приходит к свиноводу, смотрит ему в вече и познает своего брата. А тот смотрит и познает Ивана Голика. Долго смотрели друг другу в вече, ни тот ни второй ничего не говорят. Иван Голик опомнился и говорит:


- Это ты, князю, свиньи пасешь!.. И достойный того!.. А я ж тебе говорил, что не донимай женщине веры до семи лет!


Князь упал ему у ноги и говорит:


- Иван Голику! Прости меня!


Вот Иван Голик поднял его под руки да и говорит:


- Хорошо, что ты еще живой на миру остался. Теперь еще поцарствуеш немного.


Князь стал питать у Ивана Голика, как он добыл себе ноги, так как женщина ему показывала, как перерубила.


Вот Иван Голик тогда уже и признался ему, что он его меньший брат, и рассказал ему вся своя жизнь. Ну, обняли, поцеловались. Князь тогда и говорит:


- Пора же, брат, свиньи гнать домой, так как княгиня скоро чай питиме.


Иван Голик


- Так погоним же вдвоем. А князь говорит:


- И здесь, брат, беда! Та проклятая свинья, которая перед ведет, как только дойдет к воротам - на воротах станет как вкопанная, и пока трижды... не поцелуешь, то не пойдет из места. А княгиня со змеями чай на рундуци пьет, на это смотрит и смеется.


Иван Голик и говорит:


- Так тебе и надо! Ну, уже же сегодня целуй, а завтра не будеш.


Пригнали свиньи к воротам. Иван Голик смотрит, аж так: пьет княгиня чай на рундуци, и с ней сидит шесть змеев. И проклятая свинья на воротах стала, ноги расставила и не идет в двор. А княгиня смотрит да и говорит:


- Вон уже мой дурак свиньи пригнал и буде свинью... цилувать. Тот бедный наклонился, трижды поцеловал, тогда свинья и пошла в двор хрюкая. А княгиня говорит:


- Вот посмотрите, еще где-то и пастушка себе взяв.


Вот князь с Иваном Голиком свиньи в хлев загнали. Тогда Иван Голик и говорит:


- Возьми же, брат, у ключника конопли двадцать пуд и смолы двадцать пуд да и принесешь ко мне в сад.


А князь говорит:


- Так не донесу. А Иван Голик:


- И иди проси, может, еще и не даст.


Вот князь пошел к ключнику, пруд просит. Тот долго на него смотрел, а дальше и говорит:


- И делает ничего с вами, надо дать.


Одимкнув амбар. Иван Голик одважив двадцать пудов конопли и двадцать пудов смолы, в одну руку взял коноплю, а в друге смолу, и пошли. А ключнику сказали, чтобы никому не казав.


Как взял Иван Голик плести кнут: один пуд выплетет конопли, а пудом смолы усмолить, и выплел к северу в сорок пуд кнут. Тогда и лег спать. А князь давно уже спит на соломе, круг хлева.


Утром рано восставали, и давай ему Иван Голик казать:


-ну, к сегодняшнему дню был ты свиноводом, а сегодня ты будешь снова князем. А ходим погоним свиньи в поле.


Князь:


-ни, еще, наверное, княгиня не вышла на ларек чаю пить, а мне надо гнать тогда, как выйдет на ларек и сядет со змеями чай пить, чтобы она видела, как я буду свинью цилувать.


Иван Голик и говорит ему:


- Уже же, как будем гнать, то ты не целуй, а поцелую я. А князь говорит:


- Хорошо!


Вот пришла пора гнать. Княгиня вышла, чай пьет. Они повиганяли из хлева свиней и гонят вдвоем. Только что догнали к воротам - свинья на воротах стала и стоит. Княгиня со змеями смотрит, а Иван Голик как распустит кнут, как ударит тую свинью, так и кости рассыпались. Тии змеи тогда куда кто втрапив. А она, проклятая, и не испугалась, и его за чуба. Так он тогда ее за селезенки, и как взял стьобати, и пока, пока она нездужала и по миру ходить. Оттоди уже она покинула свои змиивськи норовы да и начала хороше жить с мужчиной. Живут и лаптем добро возят. Поехали у лес, вырубали ковш, то еще бы сказки было бильш.



27.02.2021

Вернуться назад