Песня двенадцатая  

Главная - Песня двенадцатая  


Песня двенадцатая


Р

ано солнышко схватилось,


В росе жемчужной умылось

И смеется, не печет...

Лиса Никита еще любисько

Спит, раскинуться на всю кровать,

Впрочем, кто-то штурк его в плечо. «Гей, ты, спюху, время вставать!

Заглядывает день к дому;

А ты знаешь, что за день?

Он ришить, или к побиди

Ты дойдешь, или смерть и беды

Из боя вынесешь лишень!» Так при кровати Лисы став

И его за руку взяв,

Малпа Фрузя прорекла.

Всю ту ночь она не спала,

Все за Лисой проговаривала,

Где у кого лишь могла. Буркнула Лиса сквозь сон сердито,

И, протерев глаза живо,

Круг кровати Малпу вздрив.

«Фрузю, ты сие? - вскрикнул отрадно

Из кровати схватился поспешно.-

С чем же бог тебя привел?» Фрузя говорит: «Ах, Никита,

Что когда-то было прожито,

У меня из тямки не сойдет!

Так как женское сердце любит

Вечно того, кто нас губит,

Даже признательности не ждет. Так тобой я беспокоюсь

И за тебя все забочусь,

Хотя о сем никто и не зна.

Но ныне потасовка злая

Привела меня аж тута.

Мучает мисль меня страшная!.. Ой Никита, Вовка могучий,

А хотя хитрый ты, и ручий,

И бойкий на язык,

Это все же легко быть может,

Что пропадешь ты, племянник,

Шутить Вовка не привык! Тем встревоженная я очень

И пришла сюда, мой друг,

Чтобы тебе помочь.

Знаешь, где придет к распре,

Добра и баба к совету,-

Слушай моих советов и ты!» Лиса смеется: «Фрузю дорогая,

У тебя ни одного зуба

Не хибуе! Что же притьмом

Бабой тебе совершается?

Ты еще можешь похвалится

И красотой, и умом! Поступок твой великодушный!

Радушно буду я послушний

Твоей ради, только советуй!»

Фрузя плеснула в ладони -

Гей, Малпи, что на выгоне

Ждали, все гуртом бегут. «Го-го-го,- сказал Никита,-

Здесь родня вся знакомита!

Фрузю, которая же сие все значит!»

Фрузя говорит: «Не сокрушайся,

Сядь на лавке, прострись,

А о сдаче тихо, цить!» Здесь нараз три Малпи-злюки

Как возьмут Никиту у руки:

Бреют, моют, мылом три;

Гладко тело все обстригли,

Потом принесли деревянные масла

И на хвост косматый льют. Говорит Фрузя: «Ну, Никита,

Все обстрижено, омыто,

Только в космах хвост остался:

Сие на то, чтобы Вовка никуда,

Ни за крестец, ни за грудь,

Ни за лоб тебя не ймивсь. Как на тебя он накинесь,

Ты совершайся, будто из страха гибнешь,

Втеки! И не очень торопи!

А как будет Вовка уже близко,

Обваляй в песок хвостисько

Да и в лицо ему талап! Будет сие ему невкусно

И охладит запал значительно;

Пока глаза он протрет,

Всядь на карк ему ты смело

И большое сделаешь дело,

Волка бес заберет. А теперь коченей покорно,

Чары дам тебе, что верно

Доведут все к проку:

«ираки чо и рачиш реп,

Йирям узоры рачин веп,

Яттучь цимишь либ и анат»*. Ну, теперь вставай, мой друг,

Иди здоров, не медли очень

И с побидою возвращай!

Вы же ведите, Малпятка, Лысая

Там, где звери все сошлись,

На ту толоку под рощу!» Идет дружина знакомита,

Гордо сует Лиса Никита,

Просто перед царский трон.

Царь, уздривши, как он впитался,

За живот со смеха взялся.

«Хитрый же ты, бестион!» Но Лиса, уважительная, строгий,

Поклонился царю у ноги,

А царицы к коленам,

А затем на место боя,

Вкруг обступленное гурьбой,

Выступил спокойно он. Осмотрелся - аж Вовка уже тута:

Будто черная туча злая,

Выступает среди рядов;

Аж зубами он скрежещет,

Будто свечки, блищаться глаза -

Так с костями бы Лисы и съел. И махнул царь главой,

Знак подал им булавой

Начинать борьбу.

Сурьмы, трубы загремели,

Все затихли, занемели,

На неуверенную ждут судьбу. Первый скочив Вовка лапастий,

Лысая в зубы чтобы попасть

И сделает ему капут.

Лиса завила, перепугался

И быстро взад подался,-

Волк за ним вот здесь... вот здесь! Догнал его уже близко,

А впрочем Лиса в беге хвостисько

По песку проволочил,-

Как не свистнет Вовки в глаза,

Так его темнее ночи

Мир весь заморочил. «Ой да и сучий же ты вор!» -

Крикнул Вовка, и гнать уже довольно,

Стал и трет из глаз писок.

«Что, Вовцуню, будем биться,-

Год Никита,- или мирится?

Ну, подай свой голосок!» Обернулся Никита скоро,

Волка ухватить за горло

Уже вот-вот он наостривсь -

Но Вовка скакиць к нему

И зубами хап за ногу -

Лиса на землю повалился. «Га, собака ты лживая,

Вот теперь приходит жатва:

Все, что сиял, то и пожнешь!

Раз в мои попал ты руки,

За все несправедливости, збитки, штуки

Ты заплату отберешь!» «Ов,- подумала Лиса,- сие гадко,

Здесь пропасть можно быстро!

Нумо со смирного кинпя!»

И чтобы время лишь протянуть,

Он начал на жальни нуты

Промолвят такие словца: «Стрику, имейте бога в сердце!

Я же какая-то родня вам преэти!

Что сие вы так завзялись?

Или же то честь, гонори знатные,

Что, будто бестии остатни,

Бьются насмерть Вовка и Лиса? Ой стрицуню родной, слышите,

Лишь сей раз мне дарите,-

А кленусь вам, пока жить,

Я и все мои народы

Смирно, без препятствия,

Верно будем вам служит. Все буду делать для тебя,

Всякий труд приму на себя,

Не доем и не досплю,

А тебе гусей, качаток,

Рыб, и раков, и курчаток

Полную кухню наловлю. Га и вспомни, то ли я боя

именно хотел с тобой?

Как я долго вагувався!

И теперь как заботился я пристально,

Чтобы тебя не ударит сильно,

В своей силе гамувався! Что лишь хочешь, хотя как трудно,

Все я совершу! Хотя прилюдно

Подлым лжецом назовусь!

Ой, болит! Ридненький стрику!

Милость покажи большую,

Пусть надарма не молюсь!» «Нет,- ворчит Несытый, довольно!

Знаю я, который ты вор,

Бреха и крутой еси!

Обещаешь злота мерку,

А по тому завше дырку

Из обаринка дашь. И теперь хотя присягни ты

Нас всех озолотить,

Веры я тебе не йму!

Гамувався ги в бое ладно,

Что мне в глаза зрадно

Впер песка чортивську тьму! Нет, хотя как ври и ввивайся,

А с жизнью уже прощайся!

Я здурить себя не дам.

Помолися быстро богу.

Раскаивайся всех грехов - в дорогую

Тебе нужно ныне идти к дедам!» Так ворчал Несытый гордо,

Советов бы Лысая взять за горло,

Но ногу имел в зубах.

А Никита, пока рюмав,

Хитрость уже новую обдумал,

Как прошел первый страх. Будто молится он богу,

А тем временем заднюю ногу

Всунул Вовку под живот...

Как нараз запорет жминку

Под самую селезенку,

Волку изменился мир. «Ай!» - ревнув, вспомнив бабу.

Фить! Лиса из пасти вырвал лапу,

Задней же еще раз пожал:

Волк упал в обморок и повалился -

Гульк, наверху оказался

И хап его за горло Лиса. «Га, теперь проси пощады!

Здесь заплату за все измены

Ты достанешь!» - Лиса кричав.

Волк, запененный, заилий,

Лишь метался, будто ошалелый,

И, слабя, ворчал. И Никита, уже не глупый,

Силу всю собрал вместе,

Будто клещами, горло тыс;

Тянет, шарпает, тормошит,

Аж Лев крикнул: «Довольно! Довольно!

Побидив сим вместе Лиса!» Лиса на тес царское слово

Волка отпустил здорово.

«Царю,- говорит,- я повинуюсь!

Я хотел лишь пятно стереть,

Волчьей не хочу смерти,

На бессильном я не отомщаю». Здесь поднялся утехи шум!

Малпа сквозь гурьбу пропихнулась

Из лавровым уже винцем.

Все приятели сошлись,

Прославляли и поздравляли Лису.

Что таким явился борцом. Не один, что еще недавно

Был бы съел его, вил: «Славно!

Жий, Никита, много лет!»

Лиса поблагодарила поклоном,

Потом коченел перед троном,

Чтобы чуть царское завещание. «Встань, Никита! - царь отозвался.-

Славно, сыну, ты списался,

Честь свою оборонив.

Что было, пусть минует!

Царь дарит и прощает,

Что когда ты провинился. Днесь конець сварни и распре,

И отныне в царской рады

Ты об общем благе советуй!

Честь прийми от меня тую:

Канцлером тебя йменую,

Отдаю тебе печать. Как ты мудро умел держатся,

От беды оборонятся,

Так государство бороны!

Что посоветуешь - царь прискажет,

Что напишешь - царь не смажет,

Лишь добросовестно все чины!» Говорит Лиса: «Мой царю и отцу,

За так щедрую и богатую

Ласку чем я отплачусь?

Сил у меня есть не много,

Но весь для блага твоего

И для государства посвячусь. Еще лишь на одном прости мя!

На деньок домов пусти мя:

Женщина и диточки где-то там

Плачут, тоскуют... Пусть же ныне

В счастливой перемене

Сам я весть им подам». Царь сказал: «иди, мой друг!

Я и царица рады очень,

Чтобы вся грусть их пропав.

Имеешь разрешение на три дня,

А возвращай же вместе с ними,

Чтобы я здесь их поздравил». Здесь кончит наша сказка.

Всем, кто слушать был ласка,

Дай же божье много лет!

Пусть и наша вся печаль пропадет!

А тем, кто нам творит измены,

Пусть сойдется клином мир!



(* Кождий строка надо читать взадгузь.)



15.12.2017