Звери под господством лева

Главная - Звери под господством лева


Звери под господством лева


дного раза собрались все звери докупи и начали совещается между собой, кого наставит царем, чтобы был порядок и чтобы был в них правдивый судья, которого все чтобы боялись и слушались. На этот раз дела довести до конца не пришлось, так как не все были в сборе, самых больших и сильных зверей не было на сходке. Здесь они порешили загадать всем зверенышом, чтобы собрались все докупи из малого к большому и обсудили дело как слид.


В назначенный день собралась полная сходка зверей. Пришли все до одного. Там были: слон, лев, тигр, бегемот, носорог, медвидь, волк, олень, верблюд, лисица, заяц, дикий кабан, зебра, коза, овца, конь, корова, собака, кошка, хорек, суслик, криса, мышь и другие сверки, которые тико были тогда на миру; небось, был и осел. Когда все были в сборе, олень выступил наперид и начал говорить:


- Не погнивайтеся на нас, светлейшие господа, сильные и мочни звери, за то, что мы вас побеспокоили, никчемные против вас звереныши. Мы задумали вибрать кого-нибудь из вас царем над всеми зверями, чтобы было ком давать нам совет, судит нас по правде и всему давать порядок...


Слон обозвался:


- Хорошо вы припомнили, давно пора установить между зверями порядок и правдивые законы.


Слон немного подумал и начал казать:


- Господа старики! Всякому из вас конечно, что бог рассердился на мужчину и выгнал его из рая; теперь он не в правах командувать нами. Теперь бог оставил его права господарювать над всеми животными. Тогда мы подчинялись мужчине и делали так, как он хотел, а теперь мы зосталися самые, без начальника, надо нам вибрать кого-нибудь царем, чтобы управлял нами, давал всем порядок, чтобы не допускал грабеж и разбой и чтобы правдиво судил всех за всякие провинности. Подумайте все хорошенько и скажите, кого вы желаете наставит царем. Могу и я пол царем, так как я больший от всех и более сильный, а не хотите, как хотите, о мне все одно, хотя и меня выберете. Лев, не дождавши слова общины, выступил заведомо и говорит:


- Нет, господа, слону буть царем не подходит, он неповоротный, трудный, неспособный прытко бигать. Мне больше есть к лицу буть царем, меня все будут слухать и повинуваться, я прыткий, проворный, красивый, и сила у меня, спасибо богу, есть.


А дальше выступил заведомо бегемот и говорит:


- Нет, господа, так не годится, любой из нас бажа буть царем; я тоже большой и силу имею, а что я не красивый, так это помихою не должно быть; из лица воды не пить, а именно главное - нужна правда и умный порядок.


Выскочила из компании лисица, выступила заведомо, вспрыгнула на пенек и начала:


- Всякий понимает, что все вы три годитесь в царе и всякий из вас желает быть царем, а чтобы никому из вас не было обиди и чтобы обойтись без ссоры и потасовки, лучше давайте зробим тайное заседание и там все общиной поришим, кому из вас быть царем. Пусть вы все будете очередными на посад царя, мы одийдемо от вас прочь подальше и там посоветуемся гуртом; на кого выпадет большинство голосов, тот и будет царем.


Все одобрили вещь лисицы, позвали «браво!» и решили сейчас же сделает тайное заседание. Все звери одийшли дальнейшее и начали галдить. Какие более слабые и беззащитни, те кричали: «Пусть будет слон царем, он ~~2 от всех зверей на миру и он будет правдивиший от всех». А звери, которые сильные и проворные, те старались, чтобы лева вибрать царем, кричали: «Пусть будет лев царем, он моторниший слона и вродливиший от всех, ему тико и есть к лицу буть царем». А другие старались бросать жеребков.


Лисицы очень не хотелось гневит лева, так как он ее просил, чтобы она за него старалась, а как за него не будет руку держат, так грозился розирвать ее на паклю. Лисица всеми силами умудрялась выставит лева царем, так как она дрожала за свою шкуру. Лисица выбежала заведомо, слезла на пенек, чтобы всем было видко, и начала;


- Слушайте, господа, что я вам скажу. Много из вас есть таких, которые желают, чтобы царем был слон. Правда, слон умный и сильный, он крови не вжива и другим не разрешает; тико самые судите, господа, который из него будет царь, когда он неповоротливый. Все враги наши будут шкодит, розбийничать еще гирш есть, чем теперь, и его не будут боятся, так как хорошо знают, что он их наказать не может, погониться за ними, а они убегут от него. По моему мнению, лучше всего наставит царем лева; он умный, сильный и проворный, сможет виновных наказать, и все его будут боятся. Кто нашкоде, так чертового отца убежит от него: хотя кого, так догонит.


- То так,- обозвался олень,- тико так делает неправдиво. Лучше пусть так, как покажет большинство голосов; а чтобы не было ни на кого пени, давайте бросим жеребков.


- Так будет правдивиш,- позвали последние звери,- тико как же мы зробим?


- А вот как,- обозвался олень.- Кто бажа, чтобы был царем лев, то пусть кида вон в то дупло каждый по одном ореху, а кто бажа царем слона, тот пусть кида желуди.


- Хорошо ты припомнил,- позвали все,- значит, так и зробим.


Насобирали целый ворох желудей и орехов и смешали их докупи. Лисица стала на задние лапы и заявила:


- Ну, господа, теперь приступайте дельно.


Все почережно начали подходит к вороха желудей и орихив и каждый брал по одном зерну, кому что нравилось,- и бросали в дупло. Хищные звери, которые любили кровь, те брали орехи, а которые употребляли овощи и траву, те брали желуди. Лисица увидела, что на сторону лева меньше бросают, начала хвостом вертеть, подбегала к каждому и подмигивала, чтобы брали орехи, а когда подходили брать жеребки малые зверьки, так лисица каждому шептала на ухо: «Бэры орех, а то лева прогнивиш, он тебя задаве, как жабу, и я на тебя рассержусь, не дам тебе просвета».


Мали зверьки боялись, чтобы не попасть в опавшую, брались за орехи. Самая лисица вместо одного ореха зацепила горсть и бросила в дупло так, что никто не мог заметит. Стали провирять жеребки, и оказалось одинаковое число орехов и желудей. Медвидь и говорит:


- Ну, что же теперь будем делать? Здесь что-то не так. Давайте снова кинем жеребки и будем пристально присматриваться, чтобы кто не бросил больше, чем надо, и чтобы никто не подсказывал, что ком брать.


Лисица выскочила заведомо и говорит:


- Нет, господа, снова кидать жеребки не подобае, а теперь давайте мы зробим вот что: ходим мы к намеченным нами очередных и заявим, что они для нас одинаковые, а ком из них буть царем, мы там что-нибудь пригадаем и порадим им сделает, что надо будет.


Пошли они всей общиной к очередным на посад и сообщили их, что жеребков выпало на обеих по одинаково.


Лисица в первую голову выступила заведомо и говорит:


- Светлейшие господа! Община наметила в царе одного кого-нибудь из вас, господина лева или господина слона. Бросили мы нищие, кому из вас буть царем, и, пересчитав те нищие, оказались одинаково одному и второму. Теперь надо пригадать что-нибудь другое. По-моему, пусть будет так: кто кого перегон, тот и буде царем. Вот попробуйте сейчас побежать навперегонки, кто из вас прудкиший, тот, значит, цар.


Слон говорит:


- Прытко бигать я не могу от природы. Мне кажется, что царю прытко бигать незачем. Нужен порядок, и умная расправа, и правдивый суд, а когда надо будет за кем погнаться, так я прискажу, кому захочу.


- Ну, так тогда пусть будет так: кто из вас выше пидскоче, тот и будет царем.


Слон снова то же самое сказал:


- Нет, я подпрыгнут вверх не могу, так как я нелегенький.


- Ну, так, значит, пусть будет лев царем,- позвали все, кто желал лева.


А слон и говорит:


- О мне все одно, тико так будет неправдиво. Что лев может сделает, того я не могу, а что я могу, того лев не может. Когда уже так, пусть он с мной сразится; как лев поборет меня, тогда он будет царем.


Лисица загрустила, а дальше припомнила одну хитрость и говорит:


- Хорошо, пусть будет так, зведем вас бороться, тико сейчас уже поздно, мы все поморились, отощали, а пусть лучше утром, так, как в сниданню пору. Тико вы, господа, рано никто не приходите смотрит, как они будут бороться, а то мы им будем мишать, они будут стыдиться нас. Лучше мы прийдем немного спустя и побачим, кто кого поборет.


Все согласились. Настала ночь, слону побажалось спать. Пошел он к лесу, прислонился до одного не совсем толстого дуба и заснул. Слоны обычно спят стоя, опершись об дерево, а если бы он лиг боком, так тогда бы сам пидняться не смог. Лисичка издалека следила за слоном, где он установится, и, когда увидела, что слон уже крипко заснул, побежала к леву и говорит:


- Светлейший господин, ходим мерщий к слону, он уже заснул, так чтобы не гаять хотя времени, будем за дело браться.


- А которое же мы будем делает дело?-спросил лев.- Удушит слона я не подолию, он проснется и оборонится от меня.


- Нет, я не о том, душит его не надо, а он имеет обычай, когда спит, опираться об дерево; так вот: давай мы перегризем дерево, дерево упадет, и слон упадет, тогда мы скажем, что ты слона поборов.


- Хорошо ты припомнила, тико я сам не вправлюсь к утру перегрызть дерево, зубы заболеют, ты пойди позови еще кого-нибудь в помощь.


Лисица побежала и собрала штук с двенадцать волков, мышей, крис, привела к слону, и начали они грызть дуба. Грызли, грызли к самой звезде, а дуба еще немало зоставалося. Дуб уже немного наклонился, а еще не подавался. Что делает? Уже светало, слон мог проснутся, а дуб еще не падал. Лисичка и на этот раз припомнила одну штучку. Позвала трех медведив и говорит:


- Слон, наш будущий царь, надибав вот на этом дубу мед. Так вот когда он случился спать, велел мне позвать вас, чтобы вы достали ему меда. Пока он проснется, так чтобы мед был наготове, а иначе он вас прикажет.


Медведи рады стараться, подрались на дуба все три. А лисичка смотрела вверх и кричала им в половину голоса:


- Вы лезьте вон туда в ту сторону,- показывала им на грачачи гнезда, которые чорнились в ту сторону, куда дуб наклонился. Медведи собрались на самую макушку дуба. Дуб не выдержал, треснул и упал. Слон тоже упал на сторону, а дальше аж на спину перевернулся, задрал вверх ноги. Пидняться сам никак не мог. А медведи как гепнулися из дуба, аж кишки из них выскочили и дух вийшов.


Прошлая снидання пора, начали сходится к ним все звери. Лев стоял возле лежачего слона, а лисица немного оддали вертела хвостом. Когда сошлись все звери, лисица заявила:


- Смотрите, господа, который сильный наш царь, слона поборол. Слон хотел удержатся за дуба, так он и дуба содержимом с ним свалил; на что уже дуб крипкий - и то не выдержал, сломился. Три медведя хотели заступится за слона, и он их как швирнув от себя, аж кишки из них выскочили; смотрите, вон они, бидняги, валяются.


Все звери задрожали от страха и в один голос закричали:


- Лев будет наш царь-государь!


Из того времени все звери стали боятся лева и почитали его за царя. Когда лев зарычит в лесе, так все звери дрожат.


Когда лев стал царем, сдал манифест, где было сказано: «Мы, царь дремучих лисов, король дубрав и рощ, великий князь степной, повеливаем всем своим пидвласним жить правдиво, мирно, чужого не брать, слабишого, безвинного не драть, старших почитать и поважать. Кто помите за кем грешок, должен доносит мне, я буду розбирать дело и виновних буду наказувать. Кто будет жить по правде и за вторыми будет замичать грешки и доносит мне, поэтому будет награда...»


Лев себе в помощь слидить за порядком назначил министров. Волка назначил луговым министром, тигра - лесным, лисицу - полевым. Министры, поблагодарив царю за внимание, пошли каждый на свой посад. Последние звери не раз галдили между себя: «Что за причина, что волк и лисица достучались такой чести? Будто покраще их есть звери, а вишь, не пожгли в министры». Олень и говорит:


- И здесь, господа, дело нечистое, правдой и честным поведенням никогда не достучишься внимания царя. Я сразу заметил, что лев поборол слона неспроста, а здесь была какая-то хитрость. Конечно, лисица на ухищрения способная так, что она что-нибудь такое припомнила, а волки, наверное, помогали им, через то самое они пожгли в милость. Ну, тигр - дело второе, он сильный зверь, ему есть к лицу буть большим начальником; а здесь еще и то, обойдут тигра - он мог розгниваться на лева и делает ему помиху в делах, так как в его сила недалеко утекла от львиной.


- И я и сам так думал,- обозвался медвидь.- Видно, что они схитрили, околпачили слона и моих трех братчикив занапастили тогда. Я так возлагаю, что волки грызли того дуба, об который слон опирал сонный. А трех медведив они обманули, заложили полезть на дуба, чтобы скориш его сломит. От того они и положили свои главы.


- Е! Так оно и будет,- позвали другие.


Смотрят, неподалеко их бежит лисичка. Все присмирели. «Цссс! Молчите, а то услышит - беда будет, всех нас загоняют туда, где Макар телят не пасет». Лисица пидближалася к ним; все ей низко поклонились. Она остановилась и пита:


- А чего вы здесь в груду сбились? Или не заговор который делаете?


- Бог нас бороны, это мы сошлись побалакать о вчерашнем радостном для нас день. Мы все радием, что господь нам послал такого царя и умних, правдивых министрив.


- А! Если так, то еще ничего, а все же таки на второй раз не смейте збираться все докупи. Никаких тайных сборищ не полатаеться.


После того все звери старались жить каждый себе особняком. Все звери, которые ели растения, жилы мирно, правдиво, а хищные вредили и обижали слабиших. А чтобы перед царем и перед законами буть правыми, старались вигороджувать себя, что они сделали вред не знечив'я и не из своей охоты, а по долгу службы. А как царь начнет допитуваться: «За вищо ты задрал зайца или еще кого-нибудь?» - так виновний одбрихувавсь, что он задрал его за то, что заяц смеялся над царем или подговаривал других убить царя. Царь министрам верил и давал им за это награду - за их верную службу.


Надоело лысую буть полевым министром, так как там, оприч мышей и других зверьков, ничего не приходилось есть; а ему хотелось посмакувать курятинки или гусятинки. Пошла лиса к царю и говорит:


- Ваше величество, разрешите мне завидувать над курниками и оберигать кур од ворогив.


- А при чем же здесь куры? - говорит царь.- Нам не дано право властвувать над птицами, у птиц есть свой цар.


- Так я хлопочу не за кур, а здесь я хочу укоротит безпорядки наших звиркив.


- А который же они безпорядок совершают?


- Хорьки и поля шляпы душат кур и малых курят и портят их без сожаления. Мани жаловался петух и просил, чтобы я вам доложил. А то, говорит, все из вас насмехаются, что не даете порядка, разрешаете таким плюгавым зверькам делает вред в другом хозяйстве.


Лев поверил лисе и с того дня наставил контрольором над курниками.


Лиса обрадовалась, помчался к селу. Дождавшись поздней поры, начал провирять курники. Таким образом он каждый день уминал по две, по три курка. Однажды мужчина пидсив лисы и застучал его в курнику. Тико лиса полезла за курами, а мужчина схватил его за хвост и ну бухать бичом по ребрам. Так его угостил, что он был едва живой. А дальше привязал к хвосту веревок и повесил лысая на плетне, боялся, чтобы он к утру не оджив и не убежал. Мужчина пошел спать, а лиса оклигав, начал пригадувать, как ему выкрутится из беды. Сопротивлялся, сопротивлялся, никак не мог одирваться. Несколько раз сикався понатужится, чтобы перервать бечевка, и не мог, так как очень крипкий был. Тогда он порешил збуться своего хвоста, лишь бы тико самому буть живым. Хотя и больно было, начал перегризать свой хвост. Одгриз свой хвост и втик.


Выбег лиса в поле и дума: ну, что его теперь делает? Как я покажусь к своим пидвласних? Они меня не узнают и не будут меня слухаться. К пидвласних еще не так страшно показаться, они в вече глузувать из меня не посмеют, а за вече пусть себе говорят, что хотят, а вот как я к царю покажусь, что я ему буду казать, как спитая о хвоста? Стидно буть министром без хвоста. Ех! Лучше бы он меня убил к смерти. Ну, и теперь уже того не воротишь, что прошло; хотя и стыд, а надо как-нибудь возраста доживать. Пока хвост заживится, пойду к зайцу в дом, полежу там.


Подошел к заячьей хатке и говорит:


- Пусти меня переночувать. Я тебе когда-то в приключении состояния.


- Нет, не пущу,- говорит заяц,- у меня тесно, малые детки...


- А я тебе говорю: одчиняй! Ты знаешь, кто я? Я министр полевой и контрольор домашних птиц, был на селе по государственним дилам.


Заец испугался, одчинив. Лиса оделась в заячу хатку и лиг на мягкую кровать, а зайченяток скопирнув прочь. Заяц промолчал, так как как же можно гневит министра? Пошел зайчик добувать деткам корма, а лиса тем временем захотел поесть; схватил одно зайчонок и съел. Пришел зайчик погодувать деток, смотрит - уже одного зайченятка нет. Заяц пита:


- Ваше степенство, а где же мой зайчонок? Одного нет.


- Как ты смеешь питать меня о своих детях? Что я тебе, нянька, или что? Ты их наплодишь здесь целую сотню, а я буду каждую минуту переличувать их, или все, или не все? Когда хочешь жить на миру, так не груби мне, а то живо попадешь к царю у лапы.


Заец вышел из дома, заплакал и снова подался добувать корма своим детям. Возвратился домой, смотрит - нет еще одного зайчонка. Заяц не стал ничего казать, покормил последних детей, а сам вышел из дома и плачет.


Бег мимо него второй заяц. Увидев земляка, остановился и пита:


- Чего ты, братцу, плачешь?


- И как же мне не плакать? Оделся ко мне в дом наш министр, ест моих детей, и не смей ему слова сказать, грозится смертью, говорит: «Донесу царю, так он тебя съест».


- А ты, братцу, подай жалобу царю. Як-таки так, имеет же буть на миру правда. Хотя он и министр, а перед законом одвитить за душегубство.


- Ех, брат, брат, куда там нашему брату поткнуться? Все одно наша жалоба к царю не дойдет. Там ее перехватят придворные. Там все сановники с нашим министром запанибрата, так разве же они захотят топит своего приятеля? За его все заступятся - и его оправдают, а за меня, несчастную бедолагу, никто и слова не промолвит.


Поболтали зайцы и разошлись.


Оскорбленный зайчик прибежал к своей хатке, заглянул вглубь, а там уже нет ни одного зайченятка. Зайчик не стал показуваться на глаза министра, побоялся зайти в дом, возвратился в поле, сел и горько заплакал. Бег волк, увидел зайца, остановился и пита:


- Чего ты, зайчик, плачешь?


- И как же мне не плакать, лиса убралась в мой дом, поил всех моих деток, а теперь осталась очередь за мной, боюсь показуваться домой.


- Не сокрушайся, зайчик, я его выгоняю, ходим сейчас. Пошли они к дому. Волк подошел к двери и говорит:


- Кто ты такой, выходи прочь из дома!


- Я министр полевой, кто смеет мне грубит?


- А! Так это ты, лиса? - говорит волк.- Стидно, брат, зобижать слабеньких несчастных зверьков. Я тоже министр луговой, прошу тебя освободит хатку бедного зайчика, а то пойду к царю и доложу ему о твоих злых поступках. Царь тебя, я думаю, по головке не погладе.


- Не твое дело, волчье, мишаться в мои порядки; ты порядкуй в своем министерстве, а я буду в своему.


Вовка, поймав облизня, розгнивливий пошел к царю. Пришел к леву и говорит:


- Ваше величество! Имею честь выскажет вам вот что: лиса, министр полевой, совершает грабеж, не сповня вашего указа, в дворах кур портит; вместо того, чтобы оберигать их от зверьков, он сам пожира их. Потом зобидив зайца, поил его детей и живет в его дому, за малым самого зайца не съел. Я просил его освободит заячу дом, а он сказал, что не мое дело; говорит: «Что я хочу, то и делаю, никому к тому делу нет...»


Лев поручил волку послать оленя с указом к лисе, чтобы он сейчас же появился к нему на расправу. Лиса, получивши указ, призадумался, начал пригадувать, как одбрехаться. Надумав все, что было надо, пошел к царю. Доложили царю, который пришел полевой министр. Лев велел пустит его в хороми. Тико лиса на дверь, лев грозно его спросил:


- Ты что там создаешь безпорядки? Как ты смел так немилосердно зобидить зайца? Или зачем ты портишь кур, а вину опираешь на малых зверьков?


Лиса баче, что лев с ним не шуткуе, припал навколишки, повесил низко главу и говорит:


- Ваше величество, не велите казнить, разрешите слово промолвит.


- Ну, говори.


- Ваше величество, я хорошо знаю, что на меня по злобе наклягузничав волк, а как сказать по правде, волк кругом сам виновный. Не я, а он зайчат поил. Я заступился за зайца, так он и мне хвоста одгриз, и меня за малым не удушил, едва уток. Вот звольте посмотрит, как он меня обезчестив, одгриз хвоста по именно никуда. А теперь, вишь, свою вину зверта на меня; я и так зобиджений.


Лев подумал немного и говорит:


- Ну, ты остаешься прав, тико министром полевым ты не будешь, а останешься у меня при дворе за начальника охраннои дружины, а волка я прикажу.


Лев послал гонця за волком, а сам начал обдумувать дело; кто из них прав, кто виноват, очень трудно розбираться, можно покладать, что оба врут. А кого из них оставит живым, надо обдумать. Лиса хитрая гимонський, он, похоже, навредил, тико наказувать его как-то не из руки, так как он меня своей хистристю посадил на царство. А волк что, он хотя и помогал перегризать дуба, так то не очень большое приключение, грызть всякий дурак сумеет. Так что краще придется волка задрать. Оставит обеих живыми - не подход дело...


Привели волка к царю. Лев не стал и розмовлять с ним, схватил волка в свои лапы и удушил его. Узнали волки, что лев казнив министра лугового безвинного напрасно, начали совещается, как и чем оддячить лисицам и самому царю. Начали волки збираться у груды. Несколько табунов разбежались по всем полям, по долинам и оврагам, нападали на лисичи дома, разоряли их, душили старых и малых. А двенадцать штук волков пошли на разведки к царскому двору. Выглядели из-за кустов, где именно сидит царь и что он робе. А более всего всего они пристально присматривались, где там ворочается лис.


Лиса, заметив волков, сразу догадался, из которой причины они никають возле царских палат. Видно было, что волки недаром шлялись целым табуном. Лиса, недолго думавши, подошел к леву и говорит:


- Ваше величество! Я разведал, что волки хотят меня убить и вас тоже хотят оставит жисти.


- Ну, это глупое, куда им, грешным? Я как разверну, так всех волков пороздавлюю, как жаб.


- То так, ваше величество, самые волки вам ничего не причинят, а они умудрятся пидпрохать кого-нибудь. Слон на ваше величество недовольный, может пол на сторону волков и, чего доброго, тигрив взобьют из толка, подговорят на свою руку, тогда нам круто придется. Так вот, пока они не подговорили слона и тигрив, дайте указ, чтобы тигры всех волков разогнали и чтобы не давали им збираться у груды.


Лев мигом написал указ и одислав его к тиграм, чтобы они мерщий разогнали волков. Тигры как двинули на волков, разогнали их далеко, и хорошенько их поколошматили, немало изодрали на паклю, а других знивеличи, а последние повтикали, куда который попал. Из того времени волки покинули вознамерятся оставить жисти царя и лысая. Все имеют злобу на лева и на лысая, тико подушит их никто не одважуеться, боятся...



16.12.2017